Неофеодальный капитализм России

Вашингтон. — Россия Владимира Путина выглядит все больше и больше похожей на склеротический, стагнирующий Советский Союз времен Леонида Брежнева. Лишь в одной сфере путинский режим остается инноватором — коррупция. Более того, на 18-м году путинского правления в стране утвердилась новая форма «капитализма для своих».

В течение минувшего десятилетия Путин провел мощную ренационализацию российской экономики. Размер госсектора вырос с 35% ВВП в 2005 году до 70% в 2015-м. Может показаться, что государство, выражаясь ленинскими словами, восстановило контроль над «командными высотами» экономики.

А с другой стороны, может показаться, что принадлежащие государству компании, например, нефтегазовые гиганты «Газпром» и «Роснефть», работают как современные бизнес-предприятия. Ведь у них есть правила и регламенты корпоративного управления, наблюдательные советы, правление, ежегодные собрания акционеров. Они проводит независимый международный аудит, публикуют годовые отчеты, в их советах присутствуют независимые директора.

Однако внешность может быть обманчивой. Правила и регламенты в крупных госкомпаниях являются простой формальностью. Ими в реальности не управляет даже государство. На самом деле их контролирует маленькая группа «друзей» — бывших офицеров КГБ, министров и чиновников президентской администрации, которые действуют в качестве личных представителей Путина.

Этой системе присущи характерные черты старой феодальной модели, описанной гарвардским профессором Ричардом Пайпсом (Richard Pipes) в его классической работе «Россия при старом режиме» (Russia under the Old Regime): максимальная свобода действий правителя, который делегирует выполнение задач феодальным лордам. В результате, благодаря российским госкомпаниям, имущество государства превратилось в своеобразную новую царскую собственность.

Международные инвесторы это понимают. Они покупают российские акции, но лишь ради весомых дивидендных доходов, а не ради акционерного влияния. Неудивительно поэтому, что рыночная капитализация «Газпрома» упала с пикового значения 369 миллиардов долларов в мае 2008 года до примерно 55 миллиардов долларов на сегодня.

КонтекстПутину следует смотреть на РимThe Spectator28.04.2017Поддерживает ли Путин Медведева?Bloomberg28.04.2017Путин ищет ответы на инвестиционный провалBloomberg25.04.2017
Еще больше вопросов вызывает деятельность так называемых государственных корпораций. С юридической точки зрения, эти компании, в числе которых «Внешэкономбанк» (ВЭБ) и «Ростех», являются независимыми неправительственными организациями. Однако они основаны путем передачи им государственных средств или активов: в 2007 году было создано шесть таких корпораций, которые получили имущество на сумму около 80 миллиардов долларов и еще 36 миллиардов долларов бюджетных средств. Все это оказалось под прямым контролем Путина.

Государственный капитализм обычно ассоциируется с государственными стратегиями в сфере инвестиций и технологического развития. И действительно, задачей российских госкорпорации считается отстаивание государственных интересов и создание общественных благ. В реальности же их менеджеры делают все, что хотят, например, они могут помогать друзьям, распределяя по своему усмотрению средства на закупки или продавая активы по ценам ниже рыночных.

Лояльные руководители крупных российских госкомпаний подолгу сидят в своих креслах, причем независимо от их соответствия минимальным стандартам с точки зрения эффективности, прибыльности или инноваций. Ни один глава компании не уронил стоимость своей компании так, как Алексей Миллер в «Газпроме». Тем не менее, он возглавляет «Газпром» уже 16 лет, и счет лет продолжается. В 2013 году официальная зарплата Миллера составила 25 миллионов долларов. А сегодня никто не знает, сколько он зарабатывает, потому что размер вознаграждения руководителей подобных госкомпаний больше не публикуется.

В обмен на свои огромные зарплаты и богатые феодальные имения, лорды Путина обязаны отстаивать его интересы, особенно, если возникают геополитические проблемы, угрожающие будущему режима. Например, «Газпром» послушно перекрывает поставки газа непокорным соседям, которых Кремль хочет наказать, несмотря на высокие коммерческие издержки. При этом компания обеспечивает газом всю Россию, и не важно, платят за него или нет. «Роснефть» предоставила венесуэльской государственной нефтяной компании кредиты на миллиарды долларов (залогом стала принадлежащая Венесуэле американская нефтеперерабатывающая компания Citgo), явно пытаясь воспользоваться отчаянной экономической ситуацией в стране, чтобы получить доступ к ее нефтяным месторождениям.

Экономика России сейчас, конечно, тоже не в самой сильной форме. Тем не менее, путинская система, кажется, способна пережить даже исчезновение нефтяной ренты. Путин позволил «системным либералам» в своей администрации ввести жесткие бюджетные ограничения даже для крупных госкомпаний. «Роснефть», например, была вынуждена отказаться от наиболее разрушительных для стоимости компании инвестиций, например, в нефтехимию. В результате, финансовая стабильность, видимо, сохранится. Так или иначе, если цена нефти останется на уровне около 50 долларов за баррель, размер российской нефтяной ренты будет по-прежнему существенным.

Впрочем, в этой системе возникают новые проблемы, начиная с непотизма. Российский «капитализм для своих» породил маленький класс невероятно богатых людей, чьи дети получают важные государственные должности уже к 30 годам. Неудивительно, что это вызывает недовольство у способной и амбициозной молодежи.

Например, Петр Фрадков, сын бывшего премьер-министра Михаила Фрадкова, стал заместителем председателя ВЭБа в возрасте 29 лет. Сергей Иванов, сын бывшего главы администрации президента, которого так же зовут Сергей Иванов, стал первым вице-президентом «Газпромбанка» в 25 лет (а в 36 — президентом «Алросы», государственной алмазодобывающей компании). Сын президента «Роснефти» Игоря Сечина, Иван, стал заместителем директора департамента «Роснефти» в 25 лет.

Новая модель «капитализма для своих» в России выглядит осознанной попыткой скопировать успех прежней феодальной системы России, которая просуществовала несколько столетий. Но времена изменились, а также уровень доходов, образования и открытости идеям извне. В современном мире подобная система создает реальную угрозу социальной и политической стабильности России.

Когда оппозиционный лидер Алексей Навальный выпустил документальный фильм о предполагаемых коррупционных действиях премьер-министра Дмитрия Медведева, его просмотрели более 20 миллионов человек. В марте десятки тысяч вышли на улицы в 90 российских городах в знак протеста против коррупции. Можно предположить, что фундамент неофеодального режима Путина дал трещину, путь даже дворцы пока еще не задрожали.

Андерс Ослунд — старший научный сотрудник Атлантического Совета в Вашингтоне.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *