Первые 100 дней президентства Трампа очень похожи на первые 100 дней Билла Клинтона

Первые 100 дней президентства Дональда Трампа стали очень непростыми. Его партия контролировала обе палаты Конгресса, однако ему не удалось провести через него важнейшие законопроекты. Попытки решить проблемы иммиграции и системы здравоохранения обернулись массой проблем. Множество постов в правительстве так и остались пустовать, а вокруг тех людей, которые заняли ключевые должности, возникла масса споров. Члены семьи президента получили право участвовать в принятии политических решений, что возмутило критиков, которые сочли это нелепым и возмутительным — как будто Белый дом внезапно превратился в семейное деловое предприятие.

Описанное выше характеризует первые 100 дней президентства Дональда Трампа. Однако стоит напомнить, что все это также характеризовало первые 100 дней президентства Билла Клинтона. В течение первых 100 дней Клинтон столкнулся в тем, что его законопроект об экономическом стимулировании был отвергнут Сенатом. Кроме того, Сенат отверг обе кандидатуры на должность генерального прокурора, предложенные Клинтоном — Зои Бэрд (Zoe Baird) и Кимбы Вуд (Kimba Wood) — после того как выяснилось, что они пользовались услугами нелегальных иммигранток, которые работали у них нянями. В отличие от Трампа Клинтон не успел нанести ракетные удары по Сирии к концу 100 первых дней своего президентства, однако его третий кандидат на должность генерального прокурора — в итоге занявший эту должность — Джанет Рено (Janet Reno) руководила осадой силами ФБР принадлежавшего членам религиозной секты «Ветвь Давидова» ранчо у города Уэйко, штат Техас, в результате которой погибло более 70 человек. В 1993 году терроризм и война на Ближнем Востоке уже представляли собой проблемы, с которыми приходилось справляться новому президенту: США обеспечивали бесполетные зоны в Ираке, а исламистские радикалы устроили взрыв во Всемирном торговом центре в феврале. Между тем Клинтон назначил свою супругу главой рабочей группы, ответственной за реформу американской системы здравоохранения.

Возможно, Дональд Трамп является самым неординарным президентом в истории страны, однако его вряд ли можно назвать первым президентом, чьи первые 100 дней правления характеризовались бы скорее проблемами, а не триумфом. Однако сравнение его с Биллом Клинтоном заслуживает особого внимания. Клинтон, как и Трамп, в ходе своей предвыборной кампании выступал как популист, и именно благодаря этому он одержал победу над Бушем. И, хотя сегодняшние демократы предпочитают об этом не вспоминать, в ходе своей предвыборной кампании Клинтон обещал начать жесткую борьбу с преступностью и не гнушался расовой темы. Однако самым важным сходством Трампа и Клинтона является то, что оба они пришли во власть в конце старой эпохи и в начале новой. Клинтон стал первым поистине поствоенным президентом после окончания холодной войны. А Трамп является первым президентом эпохи, которая пока не имеет своего названия и которую условно можно обозначить как пост-поствоенная.

КонтекстДеструктивный синдром ТрампаThe Washington Post21.04.2017Что общего у Гитлера и ТрампаThe New York Review of Books20.04.2017Оруэлл предсказал ТрампаJyllands-Posten20.04.2017Сто дней ТрампаThe New Yorker27.04.2017
Как и Трамп, Клинтон пытался изменить порядки в Вашингтоне. Первые шаги Клинтона были довольно радикальными, и некоторые из его самых смелых инициатив были представлены вниманию Конгресса и общественности именно в течение первых 100 дней. Он хотел положить конец запрету на службу гомосексуалистов в вооруженных силах. Рабочая группа его супруги, занимавшаяся реформой здравоохранения, выступила в поддержку всеобщего доступа к медицинской помощи. Он предпринимал активные попытки внести вопросы о контроле над оружием и о праве на аборт в программу Конгресса, что в итоге обернулось принятием Закона о свободном доступе к клиникам (Freedom of Access to Clinic Entrances) и запретом на боевое оружие, принятым в 1994 году. Он взял решительно левый курс в социальных вопросах и одновременно начал уводить свою партию от ее традиционных экономических установок. Одним из итогов такого подхода стало Североамериканское соглашение о свободной торговле. Во внешней политике Клинтон с самого начала допустил оплошность: его министр обороны Лес Эспин (Les Aspin) проработал на этом посту чуть больше года, а затем ушел в отставку (отчасти из-за серьезных людских потерь в сражении в Могадишо, которое произошло спустя девять месяцев после прихода Клинтона к власти).

Несмотря на то, что успехи Клинтона к концу первых 100 дней президентства были весьма скромными, он демонстрировал решительное намерение изменить как свою собственную партию, так и Вашингтон. Однако самой большой переменой стало то, чего он не мог ожидать: в ноябре 1994 года демократы потеряли контроль над Палатой представителей впервые за 40 лет. Клинтон назначал в Верховный суд только прогрессивистов, но после захвата Конгресса республиканцами, его администрация стала руководствоваться скорее принципами неолиберализма — как это теперь называется — чем своей социальной программой. Ключевыми терминами правления Клинтона стали глобализация и «новая экономика».

Спустя первые 100 дней президентства Трамп зачастую все еще выступает как популист, которым он был в период предвыборной кампании. В Белом доме есть стратеги и советники, придерживающиеся принципов экономического национализма и ограничения иммиграции, а также консервативной социальной программы. В ходе своей предвыборной кампании Трамп последовательно выступал как противоположность Клинтона, как человек, готовый бороться против волны глобализации. Но в одном отношении — как показали первые 100 дней — администрация Трампа является не столько противоположностью администрации Клинтона, сколько его двойником: как и Клинтон, Трамп зависит от Уолл-Стрит, в частности от Goldman Sachs. После разгрома демократов на выборах в Конгресс 1994 года, Клинтон стал известен своей идеологической «триангуляцией», хотя основы этой тактики были заложены уже давно. Многие сторонники Трампа уже боятся, что их кандидат спустя всего три месяца стал мягче относиться к вашингтонским порядкам. Как он отреагирует, если — а это вполне возможно — республиканцы потерпят поражение в Конгрессе спустя год после его избрания? В Трампе всегда были элементы центристского ДНК, а также склонность к быстрой смене позиций. Когда наступит 2019 год, не сменит ли Стива Бэннона (Steve Bannon) какой-нибудь Дэвид Джерджен (David Gergen)?

В период прошлогодней предвыборной кампании Трамп оказался в гораздо большей степени прав, чем он сам, возможно, предполагал. Годы правления Клинтона оказались катастрофой, надолго подорвавшей позиции американского среднего класса и лишившей США тех стратегических преимуществ, которые они приобрели за годы холодной войны. Джордж Буш-младший только усугубил последствия ошибок своего предшественника, а Барак Обама оказался слишком мягким, чтобы привнести «изменения», которые он обещал. Именно поэтому теперь президентом США стал Трамп, и именно поэтому Берни Сандерс (Bernie Sanders) является самым популярным политиком в Америке.

Однако одержать победу на выборах или в борьбе за популярность — это не то же самое, что управлять страной. Задача любого, кто приходит в Вашингтон, чтобы все в нем изменить, заключается в том, чтобы не пасовать перед теми трудностями, которые обязательно возникнут в силу неопытности, и чтобы перенять политический опыт прежней элиты, не начав при этом мыслить как они. Вряд ли кому-то удастся укротить Трампа, однако о его администрации нельзя сказать того же самого. Она может немного сдвинуться к центру и, тем не менее, остаться верной своей миссии — популистской миссии, выполнение которой Трампу и его команде поручили его избиратели. Однако для этого необходимо выработать центристскую популистскую позицию и, возможно, даже воспользоваться элементами левого популизма. Наиболее подходящим путем для нынешней администрации является путь, по которому шел Клинтон, то есть путь, который привел его от прогрессивизма и популизма к глобализму и который может повести администрацию Трампа от правого популизма в том же направлении.

Спустя 100 дней Белый дом президента Трампа все еще остается экспериментом, как и многие администрации на этом этапе своей работы. Пока речь не идет о каких-то значимых сроках и рубежах — значимым рубежом является не конец стодневного периода, а выборы в Конгресс. До тех пор администрации придется решить, хочет ли она отказаться от программы Клинтона или повторить ее.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *